Французская Гвиана: 9 причин увидеть космодром, джунгли и острова каторги

Французская Гвиана — единственный регион мира, где европейский космодром соседствует с амазонской сельвой. Заморский департамент Франции занимает 84 тысячи квадратных километров, а население едва превышает 300 тысяч человек. Девяносто процентов территории — влажный тропический лес. Космический центр Куру работает с 1968 года как главный космодром Европы: носители «Ариан-6» и «Вега-С» обеспечивают Франции и Евросоюзу независимый доступ в космос. База занимает 660 квадратных километров, и большую её часть составляет заповедный лес. Здесь зафиксирована самая высокая плотность ягуаров в Южной Америке — кошки обжили закрытую территорию. Экскурсия приводит к стартовым площадкам, центру управления «Юпитер-2» и музейному комплексу Guyaspace.

Кайенна, столица с 55 тысячами жителей, встречает тропической неспешностью. От площади Пальмистов, где стоит знаменитый бар в креольском доме, путь лежит через Старый город с колониальными особняками и старомодным музеем Франкони. Подъём на холм Сеперу открывает панораму крыш и океана. В 14 километрах от Куру находятся острова Спасения, место с мрачной репутацией. С 1852 по 1953 год здесь действовала каторга: остров Святого Иосифа отдавали самым неисправимым, а на острове Дьявола четыре года провёл капитан Дрейфус. Сегодня архипелаг похож на райский уголок, но руины казарм и одиночные камеры напоминают о пережитых ужасах.

Болото Кава — четвёртый по величине заповедник Франции и крупнейшая водно-болотная угодья страны. Пирога скользит по реке среди колоний цапель, аистов и зимородков; на берегу можно увидеть каймана или капибару — самого крупного грызуна на планете. В ветвях прячется гоацин, птица с доисторической внешностью, а в земле находят следы индейских поселений второго века нашей эры. Ночь в карбете — обязательный опыт: открытая хижина с гамаком погружает в звуки сельвы. Южные деревни америндейцев доступны только по рекам, и местные гиды организуют многодневные туры на каноэ с ночёвками в этих нехитрых жилищах.

Сен-Лоран-дю-Марони на границе с Суринамом хранит память о транспортировках. В бывших административных зданиях до сих пор работают мэрия и больница, а центр транспортировки рассказывает о судьбе Папийона и Гийома Сезнека. В окрестностях — деревни Какао и Жаувей, основанные хмонгами, бежавшими из Лаоса и Вьетнама после 1975 года. Их воскресные рынки стали символом того, как чужая культура превращает неосвоенную землю в цветущие фермы. Кухня Гайаны соединяет креольские, индейские и азиатские вкусы: коломбо, копчёная курица, бульон авара. На винокурне La Belle Cabresse в Сен-Лоране можно увидеть, как делают ром.

С апреля по июнь на пляже Монжоли кожистые черепахи выходят из океана, чтобы отложить яйца, а сотрудники ассоциации Kwata бережно охраняют кладки. Главная ценность Гайаны — неосвоенность: пока нет массового туризма, можно увидеть настоящую дикую природу. Показательно, что самый технологичный объект Европы служит убежищем для исчезающих хищников, а бывшие каторги стали местом паломничества туристов. Такой концентрации контрастов нет больше нигде.